leopard ufo Charlie
i'm a fan of any kind of porn
Название: Список ближайших звёзд. втф, оно мне не нравится, надо придумать другое
Бета: а у меня их аж целых две!AbsurdBread и Птичка на проводе:heart:
Фандом: Muse
Пейринг: БеллДом
Рейтинг: PG-13
От автора: никакого секса. никакого намёка на секс. никакого секса как такового!1 я предупредила. Ну и ещё как всегда статьи про планеты, геометрические забавы и просто всякий пустой бред - рулят. Ну и если честно, мне кажется, что какой-то не единый текст вышел, я сказала не всё, что хотела и Инфраред мне нравится куда больше. Без претенциозности на талант к написанию. Ну и не обошлось без картинок!1


- Мэттью!..
- Слушай, Доминик Джеймс Ховард, отвали уже, а? Я же просил оставить меня одного на пару часов, я же, чёрт побери, просил! И перестань называть меня так, будто ты дорожный инспектор или моя мать, - выпаливаю я на одном дыхании и поворачиваюсь на стуле так, чтобы оказаться спиной к наглой физиономии блондина.
- Да упаси Боже. Мне и так-то слишком достаётся. Хотя, я, заметь, просто обыкновенный такой, среднестатистический барабанщик...
- ... такой среднестатистической группы Мьюз. С таким среднестатистическим Беллами, которому, блядь, иногда требуется хотя бы среднестатистически побыть одному! - взрываюсь новой волной я.
- Да успокойся ты уже. Ты ведь прекрасно понимаешь, что есть люди, которые не могут дальше работать, без твоего среднестатистического внимания, - говорит Ховард, берясь за подлокотники и разворачивая меня лицом к себе. - Я принёс тебе начальный вариант обложки нашего грядущего альбома, - протягивает мне папку, которую я игнорирую. - Они ждут твоего решения, и, поверь мне, им не меньше тебя хочется отдохнуть. - Кладёт её мне на колени, понимая, что сам я ни за что не возьму её. - За сим я, пожалуй, пойду. А ты впредь будь-ка поучтивее, - говорит он, направляясь к двери, - Не думаю, что, случись чего, инспекторов будут интересовать твои не вписывающиеся в задачи статистики проблемы. Вообще-то, я бы мог решить всё без тебя, но шрамов от полёта твоих гитар у меня и так уже слишком много.
- Закрой за собой дверь, будь добр, - цежу я сквозь зубы. - В этой комнате и без гитар полно тяжёлых и потенциально травмирующих предметов, - зло добавляю, наблюдая за тем, как Дом, наконец, сваливает.
Да, порою я неучтивый, придирчивый, раздражительный низкорослый худощавый генератор скандалов. Но ведь всего этого можно избежать, лишь приняв во внимание "Ребята, мне пару часов нужно побыть одному, пожалуйста". Так нет же, кто-то обязательно... Ха, кто-то. Да можно даже не гадать, кто. Обложку он мне принёс, черт побери, какое великодушие! Всё то же, начавшееся со слов: "Мэттью, не переживай, с идеями для обложки я разберусь сам, в конце концов уже есть команда ребят, готовых её делать". А я тут как бы так, гитарами пошвыряться, рейтинги на ю-тубе поднять. Ну да, ведь кто-то у нас в прошлом типа художник, ранимая (а проще - падкая на алкоголь) душа, а я так, мне бы очки дать и учебник по физике, вместо микрофона с гитарой. И чего же там на обложке-то, интересно? Небось, блондинка в леопардовом белье, позами изображающая идею альбома? Или жгучая брюнетка того паче - без белья и непременно с отражающимся в глазах интеллектом, большим таким интеллектом, размера 5го? Хрен с ним, подождут ещё немного, - швыряю папку на стол, - в конце концов, деньги им идут из нашего кармана, не обломятся.
Перепады настроения свойственны всем, а уж мне и вовсе - прописаны. Мой несомненный талант под номером «придумайте сами» - находить всему оправдания. Мой усомняющий моё же собственное существование талант - оправдывать себя перед самим собой.
Конечно, мне проще себя убедить в том, что задели моё прекрасное эго, нежели признать, что всё, отчего я взъелся - ненавистное "Мэттью", сказанное Ховардом. Ну правда, неужели всё, что мне достанется спустя стольких лет бок о бок - это официальное, какое-то сухое и неуклюжее "Мэттью"?
Не то, чтобы я не любил своё имя… просто понимаете, - обращаюсь я, видимо, к летающим в комнате мухам, - это не то, чтобы собственнические чувства или предельная во всех отношениях дружба. Это как... как.
Как будто вы вращаетесь по одной орбите вокруг одного своего Солнца. (После таких слов, Беллами, о тебе в каком-нибудь тинейджерском журнале опять написали бы что-то из ряда вон трансцендентное). И вот вроде бы вместе, рядом, в одном и том же мире, друг для друга никогда не исчезающие, но 60 градусов - и хрен вам, а не взаимное пересечение. Это как идти аналогичными, параллельными путями - повернулся и видишь его, улыбающегося, рядом, а посмотреть глаза в глаза - увы, нереализуемая перспектива. Никогда не угасающие и никогда не разгорающиеся. Два мира, столкнуть которые можно только лишив их баланса. Дело за малым - за миром твоим.
Так было в одной притче - представь всё знание своё в виде круга, а всё не познанное – пространство вокруг него. Чем больше круг моих знаний о нас - тем больше граница с тем, что я о нас не предполагаю и предположить не в силах.
Ну вот, раскис, мудак хренов, ещё минут 10 назад был средоточием вселенского Зла, а тут сидишь да сопли с астрономией на нос наматываешь. Не лучшая идея, не самое удачное времяпрепровождения, не находишь? Что там с ней, с обложкой-то, хоть делом займись, идиот с "богатым непонятным внутренним миром": оставь эти сказки фанатам, и делай то, что положено.
Порою и правда жалко, что деньгами можно окупить лишь ожидание твоего решения какой-то там командой дизайнеров и ещё пару-тройку нематериальных ценностей. Всё остальное либо бесценно, либо слишком дёшево.
- Так что ты думаешь о ней?
- О ком?
- О женщине в красном платье. Это я ее придумал. Она не очень много говорит, но если бы ты захотел, ну, понимаешь, встретиться с ней, я мог бы устроить более интимную обстановку.

Мой, наверное, самый любимый диалог из Матрицы, так и представляю: распахиваю я сейчас папку с вариантом обложки, а сзади Ховард мне на ухо: "Ну как тебе эта леди в леопардовом? Это я её придумал. Если хочешь встретиться с ней... ну ты понимаешь, я могу..." и улыбка его во все тридцать два.
Мы постоянно крутимся вокруг одного Солнца.
Я всё-таки беру со стола папку и открываю её, выполняя свои «обязанности» на сегодняшний день.
Тремор – не лучший подарок от не очень дешёвого алкоголя, рассредоточенные на полу листки – воплощения работы пафосных дизайнеров – не лучший подарок мне, человеку, не очень-то любящему лишний раз слезать с насиженного в буквальном смысле слова места.
Говоря, что-то типа заезженного «блядь», я переворачиваю первый попавшийся листок (интересно, закон бутерброда действует в печатно-целлюлозной промышленности?) и замираю. Всё, о чём я теперь думаю – тот разговор в начале лета 2008го, в Париже.
- Дом, знаешь, а я тут ещё одну такую интересную штуку заметил!
- И какую же это? - язвительно говорит Ховард и отпивает тёмного, холодного пива. Утро в тот день задалось жарким, похмелье в то утро задалось не менее осушающим.
- Вот ты когда-нибудь видел Францию?
- Беллами, я, конечно, всё понимаю: алкоголя вчера было много, девушек – ещё больше, но, на минуточку – мы сидим с тобой почти в центре Парижа и…
- Да нет же, я не об этом! - перебиваю его я. – Ну, на карте, ты когда-нибудь видел её на карте? Ну или там глобусе, м?
- Ну… - начинает Дом, сморщив лоб, - виде…
- А на что она похожа, ты заметил, на что она похожа? – с каким-то неиссякающим энтузиазмом прерываю его я.
- На Францию она похожа, Беллс, кажется, ты вчера совсем перепил… это Италия – хренов сапог, а Франция – это Франция.
- Да нет же, ну неужели ты не заметил? Ну Хов… - достаю какую-то туристическую брошюру и тыкаю пальцем на карту – Вот смотри, она похожа на шестиугольник! Понимаешь, на шестиугольник!
- Не очень-то и похоже, Мэтт, - разочарованно произносит Дом.
- Ну ты чего? У французов же правильный шестиугольник – это что-то вроде символа. Ну вроде как в России – водка, в Великобритании - …
- Слишком любопытные и ищущие смысл там, где его нет, солисты групп…
- За что ты мне такой достался, придурок чёртов, - обиженно выпаливаю я.
- О, у меня к Вселенной есть очень похожий вопрос, ты себе даже не представляешь, насколько похожий! – говорит Ховард и начинает заливисто смеяться.
- Кстати, о Вселенной…
- Господи, зачем я завёл эту тему, - говорит Дом, смеясь уже в полный голос.
- Блядь, ну неужели тебе хоть раз сложно меня послушать? Серьёзно, без твоих этих издёвок?
- Когда ты начинаешь по накурке втирать что-нибудь из разряда что все мы – пушинки Вселенной, этакие плюшевые Галактики, Беллс, над тобой грех не поржать…
- Но я же, чёрт побери, мало того, что не курил, так ещё и трезв, – буркаю ему в ответ.
- Прости, это рефлекс, да и кто знает, как в этот раз повлияло на тебя похмелье? - приступ смеха медленно сходит на нет. – Ну не дуйся ты, серьёзно, к чему ты клонил?
- Я тут наткнулся на теорию, буквально позавчера… О том, что вся Вселенная – это как огромный улей… Понимаешь – неисчисляемое количество правильных шестиугольников. И тут мы с тобой сидим в этом самом выгодном с точки зрения геометрии государстве и пытаемся избавиться от похмелья. Здорово, правда?
- Беллс, ты неисправим, - говорит он мне, улыбаясь.

Он как всегда не промахнулся. Не сделал этого тогда, не сделал этого сейчас.
Каждый из нас – это самостоятельная, но вовлечённая во что-то бОльшее вселенная и Ховард не меньше меня это понимает.
Все наши впечатления, эмоции, переживания, события, люди, диалоги, вещи в нашем шкафу, бутылки в холодильнике – всё это маленькие соты нашего улья. Не зря, наверное, группа Blue оправдывалась тем, что они, скорее «задумчивые», нежели избито – «голубые».
Красные соты – гнев, страсть, кусочки эгоизма, побед, плотских желаний; зелёные – духовность, успокоение, начало и конец, надежда… за каждый цветом, за каждой частицей твоего собственного мира скрываются твои галактики, твои взрывающиеся звёзды, угасающие солнца, зарождающаяся жизнь.
Говорят, что если ты с кем-то поссорился – пришли ему цветы, ведь они покрывают всё, даже могилы. Я предпочитаю быть более прозаичным – правильные шестиугольники – вот, что действительно способно покрыть всё.
Этакая крайне эргономичная фигура. Очень удобный выход - наименьший радиус описывающей окружности: мы ведь всегда боимся неизвестности.
Вот и строим вокруг себя возможно меньшие сферы, прокладывая свою дорогу в будущее (ох, в будущее ли?), иногда нагромождая одну на другую. И, знаешь, вся моя проблема в том, что самый большой радиус у той, что связывает меня с тобой, Хов. Той, что что связывает меня с тобой.
«Прости меня, Хов» – набираю я на дисплее телефона и тут же стираю.
«Спасибо, друг, это самая лучшая обложка из всех возможных!» - конечный вариант отправляемой мною смс. Я знаю, что сейчас за этой стеной ты сидишь улыбаешься и даже, наверное, произносишь что-то вроде: "Беллами, какой же ты всё-таки мудак".
Просто 32 ближайшие звезды – это ты.



@темы: i'm following fandoms traditions that's why i'm writing fan-fictions, ошибочная интерпретация фикрайтерства в действии